window.yaContextCb = window.yaContextCb || []

Последние новости РЕН ТВ

var checkIsTestPage1 = false; window.YaAdFoxActivate = function (id) { var mql = window.matchMedia('(orientation: portrait)') || { matches: false }; var targetBanner = document.getElementById(id); if (window.Ya && window.Ya.adfoxCode) { var templatePuid = document.getElementById('latest-news-script-template') // console.log('puid-eight', templatePuid.dataset.puideight) // console.log('puid-twentyone', window.localStorage.getItem('puid21')) // puid2: '229103', var params = { p1: 'bzirs', p2: 'fulg', puid8: window.localStorage.getItem('puid8') || templatePuid.dataset && templatePuid.dataset.puideight || 0, puid12: '186107', puid21: window.localStorage.getItem('puid21') || 0, puid26: window.localStorage.getItem('puid26'), puid4: 'ren.tv', }; const pk = window.localStorage.getItem('pk'); if (pk) { params.pk = pk; params.pke = '1'; } var adfoxCodeParams = { ownerId: checkIsTestPage1 ? 241452 : 264443, containerId: id, params: checkIsTestPage1 ? { p1: 'ddomt', p2: 'fjgb' } : params, onRender: function() { targetBanner.classList.add('adfox-init'); setTimeout(function() { var iframe = targetBanner.querySelector('iframe:not([style^="display"])') || targetBanner.querySelector('div > a > img') || targetBanner.querySelector('yatag > img') || targetBanner.querySelector('table td > yatag'); if (iframe && iframe.offsetWidth >= targetBanner.offsetWidth - 2) { targetBanner.classList.add('adfox-nopadding'); } }, 200); } }; var existBidding = window.Ya.headerBidding.getBidsReceived().map(elm => elm.containerId) || []; if (window.Ya.headerBidding && !existBidding.includes(id) && !mql.matches) { window.Ya.headerBidding.pushAdUnits([ { code: id, bids: [ { bidder: "adriver", params: { placementId: "30:rentv_240x400" } }, { "bidder": "sape", "params": { "placementId": "836082" } }, { "bidder": "bidvol", "params": { "placementId": "37227" } }, { bidder: "hybrid", "params": { "placementId": "6602ab127bc72f23c0325b07" } }, { bidder: "adfox_adsmart", params: { p1: "cqgva", p2: "hhro" } } ], sizes: [ [240,400], [300,600] ] } ]); window.loadedAdfox(id) } if (!existBidding.includes(id)) { if (!mql.matches) { window.yaContextCb?.push(() => { Ya.adfoxCode.createAdaptive(adfoxCodeParams, ['desktop', 'tablet'], { tabletWidth: 1104, phoneWidth: 576, isAutoReloads: false }); }); } } else { window.Ya.adfoxCode.destroy(id); window.yaContextCb?.push(() => { Ya.adfoxCode.createAdaptive(adfoxCodeParams, ['desktop', 'tablet'], { tabletWidth: 1104, phoneWidth: 576, isAutoReloads: false }); }); } if (window.DeviceOrientationEvent) { window.addEventListener('orientationchange', orientationChangeHandler); function orientationChangeHandler(evt) { mql = window.matchMedia('(orientation: portrait)') || { matches: false }; if (mql.matches) { if (targetBanner.classList.contains('adfox-init')) { window.Ya.adfoxCode.initialize(id); } else { setTimeout(function() { window.YaAdFoxActivate(id); }, 0); } } else { window.Ya.adfoxCode.destroy(id); } } } } };
05 марта 2025, 20:15

Борьба за наследство миллиардера Тамирова получила новый поворот

Гражданская жена миллиардера Тамирова заявила о давлении на ее свидетелей
Фото: © Кадр из программы "112 экстренный вызов", РЕН ТВ

В столице идут бурные судебные слушания сразу по двум делам о похищении денег покойного вице-президента крупной страховой компании. Бизнесмен скончался 2,5 года назад.

Супруга, которая не жила с ним последние 7 лет, получила огромное наследство, но этого ей, судя по всему, оказалось мало. Она пытается оспорить перевод на 130 миллионов рублей. Еще при жизни Михаил Тамиров отдал эту сумму женщине, которая была с ним рядом и ухаживала до самой смерти.

Несмотря на то что предприниматель лично приходил в банк и распорядился выделить деньги, родственники пытаются выставить его последнюю спутницу охотницей за наследством. А результат, которого они добились удивил даже опытных юристов. Подробнее – в сюжете корреспондента РЕН ТВ Павла Мельникова.

В столице идут судебные слушания сразу по двум делам о похищении денег

Лилия Невская идет в столичный Следственный комитет с заявлением на имя руководителя. Она утверждает, что на свидетелей, выступающих в ее защиту, оказывается беспрецедентное давление. Для нее это последняя возможность найти справедливость в ситуации, в которую она попала.

Говорит, что после смерти своего гражданского мужа, вице-президента страховой компании "Спасские ворота", она даже не претендовала на его наследство, а только на денежный перевод. Но основные наследницы рассудили иначе. По словам женщины, чтобы не делиться деньгами, они решили выставить ее преступницей.

"СОБР домой в семь утра забежали, кинули всех на пол, моего малолетнего ребенка выкинули прямо из постели", – рассказала она.

Михаил Тамиров еще при жизни оставил Лилии крупную денежную сумму. Дочери покойного, Кристине, в наследство достались многомиллиардные активы, но этого, видимо, оказалось мало – быстро решить дело в гражданском суде не получилось, и наследницы заявили о том, что Лилия присвоила чужие деньги. Вскоре в квартире Невской прошел обыск. Ее задержали.

"Лилию доставили в изолятор сразу из отделения полиции. Здесь ее продержали двое суток. В ходе допросов Невской предлагали признаться в хищении, однако она продолжала повторять, что не крала деньги. В течение всего срока своего содержания здесь Лилия так и не согласилась дать показания против себя", – сообщил корреспондент.

Михаил Тамиров формально до конца жизни состоял в браке с Ириной Тамировой. Фактически пара разъехалась еще в 2005 году. Они жили раздельно в разных домах. Учитывая внушительное состояние главы семейства, развод грозил затянуться на годы. Позже, в 2015 году, Тамиров начал строить семью с Лилией. Своим ближайшим родственникам Михаил, казалось, был не интересен.

"Я всегда занималась бытом, здоровьем Михаила. То есть я всегда организовывала и врачей, и лечение. Все эти восемь лет я была образцовой женой, которая заботилась о своем муже. Я проходила вместе с ним все этапы жизни, даже те этапы, которые были очень печальными", – сообщила Невская.

Незадолго до своей смерти Михаил решил сделать денежный перевод в пользу Невской в качестве благодарности за ее заботу. Передача денег проходила вживую, в отделении банка. Чтобы его сотрудники подготовили перевод 133 миллионов рублей, Тамиров уведомил их заранее.

Защита предоставила суду аудиозаписи из отделения, которые дают понять: Тамиров действовал добровольно и прекрасно понимал, что делает. Но дочь и жена после смерти попытались оспорить это решение. В этом году в Гагаринском суде одновременно стартовали два процесса.

"Эти оба два производства касаются одного и того же перевода одной и той же суммы и с участием одних и тех же лиц. То есть получается, что у нас одна и та же тема имеет и гражданское направление, и уголовное. Я, честно говоря, в практике встречаюсь впервые с этим. В Гагаринском суде, по первой инстанции, по каждому процессу только прошло первое слушание", – рассказал адвокат Лилии Невской Андрей Безглядов.

Между тем нам стало известно, что Ирина Тамирова, которая теперь вместе с дочерью Кристиной Тамировой пытается отвоевать часть денег, в последние годы жизни своего супруга активно устраивала личную жизнь на стороне. Даже после расставания Михаил продолжал ее содержать.

Денег явно хватало и на новых ухажеров. Как минимум несколько лет она провела рядом с молодым спутником. Культурист Митя Русаков раньше активно делился в соцсетях фотографиями дорогого отдыха. К морю ездил в компании Ирины, которая вдвое старше нового избранника. Зато она примерно одного возраста с матерью Лилии Невской, чьи счета тоже оказались арестованы в результате попыток Тамировых добраться до денег.

"Все это произошло в нарушении закона, без санкций суда, и нет никаких мотивировок о том, что эти денежные средства принадлежат Невской либо нажиты преступным путем", – дополнила адвокат матери Невской Ирина Стряпкина.

Пока Тамировы всеми силами пытаются выставить Лилию охотницей за наследством, сама она даже не пытается его получить. Всего лишь хочет отстоять свое честное имя в суде. И в гражданском деле, и в уголовном.

Подпишитесь и получайте новости первыми
(function() { var sc = document.createElement('script'); sc.type = 'text/javascript'; sc.async = true; sc.src = '//jsn.24smi.net/smi.js'; sc.charset = 'utf-8'; var s = document.getElementsByTagName('script')[0]; s.parentNode.insertBefore(sc, s); }());
(function() { var sc = document.createElement('script'); sc.type = 'text/javascript'; sc.async = true; sc.src = '//jsn.24smi.net/smi.js'; sc.charset = 'utf-8'; var s = document.getElementsByTagName('script')[0]; s.parentNode.insertBefore(sc, s); }());
var checkIsTestPage = false; var isTest = checkIsTestPage; var init_adfox_under_article_desktop_1313597 = function() { // puid2: '229103', if (window.Ya && window.Ya.adfoxCode) { var params = isTest ? { p1: 'ddomg', p2: 'ffnu' } : { p1: 'bzorw', p2: 'fulf', puid8: window.localStorage.getItem('puid8'), puid12: '186107', puid21: 1, puid26: window.localStorage.getItem('puid26'), puid4: 'ren.tv', }; const pk = window.localStorage.getItem('pk'); if (pk) { params.pk = pk; params.pke = '1'; } var existBidding = window.Ya?.headerBidding.getBidsReceived().map(elm => elm.containerId) || [] var elementId = isTest ? 'adfox_172319719459163455_1313597' : 'adfox_151870620891737873_1313597' if (window.Ya.headerBidding && !existBidding.includes(elementId)) { window.Ya.headerBidding.pushAdUnits([ { "code": elementId, "bids": [ {"bidder": "adriver", "params": {"placementId": "30:rentv_970x250_mid"}}, {"bidder": "bidvol", "params": {"placementId": "37226"}}, {"bidder": "sape", "params": {"placementId": "836081"}}, {"bidder": "hybrid", "params": {"placementId": "6602ab127bc72f23c0325b09"}}, {"bidder": "adfox_adsmart", "params": { "pp": "h", "ps": "doty", "p2": "ul", "puid20": "" }} ], "sizes": [[970,250],[728,250],[728,90],[990,90],[990,250]] } ]); } window.yaContextCb?.push(() => { Ya.adfoxCode.createScroll({ ownerId: checkIsTestPage ? 241452 : 264443, containerId: elementId, params: params, lazyLoad: true, }, ['desktop', 'tablet'], { tabletWidth: 1104, phoneWidth: 576, isAutoReloads: false }); }); } } if (window.Ya && window.Ya.adfoxCode) { init_adfox_under_article_desktop_1313597(); } else { document.addEventListener('adfoxload', event => { init_adfox_under_article_desktop_1313597(); }); }
(window.smiq = window.smiq || []).push({});
((counterHostname) => { window.MSCounter = { counterHostname: counterHostname }; window.msCounterExampleCom = {}; window.mscounterCallbacks = window.mscounterCallbacks || []; window.mscounterCallbacks.push(() => { window.msCounterExampleCom = new MSCounter.counter({ account: "ren_tv", tmsec: "ren_tv", autohit: false }); }); const newScript = document.createElement("script"); newScript.onload = function () { window.msCounterExampleCom.hit(); }; newScript.async = true; newScript.src = `${counterHostname}/ncc/counter.js`; const referenceNode = document.querySelector("script"); if (referenceNode) { referenceNode.parentNode.insertBefore(newScript, referenceNode); } else { document.firstElementChild.appendChild(newScript); } })("https://tns-counter.ru/");
window.yaContextCb?.push(()=>{ Ya.adfoxCode.create({ ownerId: 241452, containerId: 'adfox_16796574778423508', params: { pp: 'i', ps: 'ccup', p2: 'iedw' } }) })